© Леонид Каганов


ЛОВУШКА ДЛЯ МУРАВЬЕВ


Тишка вышел на балкон. Там еще было довольно свежо, но уже ярко, и что-то невидимо чирикало в воздухе, безмозгло радуясь первому по-настоящему теплому дню. Не успеешь и оглянуться, как наступит лето, там начнутся выпускные школьные экзамены, потом вступительные... Но сейчас, в промежутке между школой и занятиями по химии, можно позволить себе не думать совершенно ни о чем, полагая, что жизнь направлена в нужную сторону и сама знает куда течь, а все события свершатся независимо от самого участника жизни, который просто стоит на балконе со стаканом чаю в руке и смотрит вниз с пятнадцатого этажа на перекресток, наблюдая, как далеко-далеко внизу шевелятся крохотные человечки, мелькают кепки, сумки на колесиках, проезжают машинки, а маленькая серая фигурка гаишника разговаривает о чем-то с очередной фигуркой автовладельца, и оба смешно машут ручками.
- Тиш, ты где? Сегодня когда поедешь через центр выйди на Третьяковской и купи ловушки, я узнала, где они продаются. - раздается из комнаты.
- Какие еще ловушки, мам? - Тишка неохотно отрывается от перил и идет в комнату.
- Как какие? Для муравьев, я же тебе говорила, у меня сотрудница так вывела за неделю.
Муравьи были бедствием всего дома. Потолок и стены кухни пересекали десятки муравьинных трасс, по которым днем и ночью шло оживленное движение с грузоперевозками, а стоило оставить на столе что-нибудь съедобное, как оно тут же наполнялось муравьями. Особенно плохо приходилось хлебу. Не спасали никакие упаковки - руководствуясь неведомыми инстинктами, муравьи безошибочно находили путь и проникали сквозь любые узлы. Порой Тишка задумывался над тем, как выглядит мир муравья и какой безумно сложной должна быть в этом мире измятая и свернутая поверхность обычного пластикового пакета - наверно гораздо сложнее, чем вся тишкина химия с биологией и геометрией... Порой Тишка начинал сомневаться, что сам, окажись на месте муравья, смог бы так же легко находить дорогу в этом огромном мире, состоящем из бесконечного калейдоскопа гигантских стенок.
Сначала отец придумал подвешивать хлеб в центре кухни к тонкой леске, протянутой в вышине, но затем какой-то муравьиный гений догадался, что если дойти по стене до гвоздика и от него долго-долго бежать вбок по канату, то можно добежать до проволочного крюка, а по нему спуститься к пакету хлеба. И по леске протянулась очередная муравьиная трасса. С тех пор хлеб хранили в холодильнике - он выходил оттуда мокрый, холодный и какой-то безжизненный.
Никакие средства на муравьев не действовали, даже мужик из санэпидстанции, меланхолично обливший из своего баллона все стены какой-то гадостью с запахом хвои. И вот в последнее время мама много рассказывала о каких-то новейших ловушках, которые помогли избавиться от муравьев ее знакомой.
- Тиша, ты меня слушаешь вообще или нет? - снова раздался голос мамы.
- А? Да-да. Ой, что это такое?
- Это использованная ловушка тебе для образца, а вот инструкция к ней - я взяла у сотрудницы. Поедешь в киоск хозтоваров на Третьяковской и купишь таких же сколько надо, вот тебе деньги. Изучи инструкцию и вечером развесь ловушки. Кто у нас биолог? Действуй.
- Биолог... - Тишка хмыкнул и приосанился.
Он аккуратно взял маленькую прозрачную коробочку, цветастый листок, и отправился в свою комнату вникать в задание.

По рассказам мамы Тишка представлял себе ловушку как маленькую камеру с защелкивающейся дверцей на манер мышеловки, только непонятно было, сколько понадобится таких ловушек, чтобы переловить всех муравьев. Ловушка же оказалась небольшой плоской коробочкой, меньше спичечного коробка, из прозрачного материала, на пыльных изгибах которого сверкали солнечные зайчики. По бокам ее было четыре приземистых отверстия-лаза, ведущих внутрь, а внутри, в центре пустого пространства, находилась плоская чашка, вымазанная остатками бурой эмульсии. Больше внутри ничего не было, никаких дверей, защелок, проваливающихся полов, зубчатых капканов и иных атрибутов ловушки. Лишь в уголке лежало крохотное коленце, очевидно, забытое кем-то в спешке.
Тишка брезгливо отложил ловушку и начал читать инструкцию. Она была озаглавлена "NНСТРYКIINЯ" и представляла собой жуткий для человеческого разума текст, который кончался странной подписью: "Произведено в USA по лицензии CША, Тайвань". Продираясь в дебрях чудовищно сколоченных фраз, Тишка постепенно постигал смысл. Оказалось, что устройство не было собственно говоря ловушкой, скорее оно было кормушкой. Судя по рисунку, чашка внутри была когда-то заполнена неким составом, а насекомые залезали внутрь, лакомились и уходили, никем не пойманные, по своим гнездам, унося с собой частицы состава, после чего через неделю "всем наступает мреть". На цветной картинке через ловушку вереницей шли причащаться муравьи, а выходящая с другой стороны очередь тянулась к стене и под обои, где они были схематично изображены кверху лапками. Очевидно так неизвестные художники изображали "мреть".

Тишка вытряхнул из рюкзачка книжки, положил тетрадку по химии, накинул куртку и вышел из дома. Вообще-то в дороге следовало почитать тетрадку, но Тишку так впечатлила мысль о ловушке, что он погрузился в размышления.
Что заставляет муравья лезть в ловушку? В инструкции значилось, что состав обладает для муравьев "притяганием". Что разработчики вложили в это понятие? Очевидно, притягивает их не еда - еды и так навалом разбросано по всему полу. Что же тогда? Запах самки? Рабочий муравей не засматривается на самок. Так что же тогда? Тишка показал вахтерше проездную карточку и встал на эскалатор. Ну да ладно, допустим, что-то привлекает муравья, он бросает все свои дела и лезет внутрь. И вот он заходит в коробочку и видит, что там всего-навсего какая-то подозрительная еда. Зачем ему эта еда, когда у него ее и так в избытке? И разве не подозрителен весь этот пластиковый домик, появившийся неожиданно и наспех, и эта нарочитая чашка? Но муравей об этом не думает, раз уж он здесь, раз уж тут еда, он берет ее, да еще несет ее к себе домой и угощает всех! Неужели существо, способное найти дорогу в сложнейших круговоротах пластиковых стенок, может так глупо попасться? Собственно говоря, у существа плохо с мозгами - что там, окологлоточное нервное кольцо, ганглий?.. Тишка на секунду похолодел, представив, что вдруг сморозит такую глупость на экзамене... Нет, это у червей, а у муравья конечно уже мозг. Маленький, конечно, ему далеко до двухкилограмового мозга человека и неразумная тварь, находящаяся во власти инстинктов, как всегда наказана за это безжалостной эволюцией. Выживает умнейший.

Тишка вышел из метро Третьяковская и оглянулся. Вокруг рядами стояли ларьки, а над ними на больших столбах была развернута стеклянная крыша павильона, украшенная в вышине гербом города и гордой надписью "Третьяковский пассаж".
Тишка присвистнул - всего месяц он здесь не был, и уже так все изменилось. Киоски были и раньше, они вырастали как грибы и сменяли друг друга, звукозапись превращалась в пивнушку, затем в игровые автоматы, в аптеку, снова в пивнушку... Но вот этой крыши над головой определенно не было. Ишь назвали - "Третьяковский пассаж"... Пассаж тут конечно был всегда, только раньше он был за дальними киосками в щели около забора. Тишка непроизвольно принюхался. Пассажем не пахло. Пахло весной, мимозой, пивом и откуда-то доносился приятнейший в мире запах острых индийских чипсов.
Тишка пошел мимо стеклянных рядов, высматривая хозяйственный ларек. Нашел он его не сразу - оказалось, что хозяйственного ларька как такового нет, но зато есть зоокиоск, где рядом с ошейниками и кошачьими консервами на витрине действительно лежала упаковка муравьиных ловушек - точь в точь таких же, как принесла мама, только чашечка у них была заполнена до краев. Тишка купил сразу десяток, запихнул в рюкзачок и направился обратно к метро, лениво оглядывая ряды разносортного пива, россыпи видеокассет и книг. Было шумно, и Тишка не сразу уловил мотив, а когда уловил, то замер. Уж кому-кому, а Тишке не надо было объяснять, что это за мелодия - это была вторая песня с последнего альбома группы "Dagger Grew". У Тишки запись была уже два месяца, но гораздо приятнее услышать любимую мелодию в таком неожиданном месте! Ларек, из которого раздавалась мелодия, был необычным - его стеклянное окошко не было заставлено бутылками или цветами, это был не киоск, а маленький магазинчик с прилавком внутри. За прилавком стояли две симпатичные девушки, примерно тишкиного возраста, может на годик постарше, в форменных красных рубашечках, и щебетали о чем-то между собой. Пахло весной и индийскими чипсами. Тишка толкнул стекляную дверь, встал на ступеньку и вошел внутрь киоска. Стеклянная дверь закрылась, и над ухом, у потолка, звякнул колокольчик. Сразу исчезли шумы улицы и куда-то исчезла музыка - то ли кончилась песня, то ли она звучала все-таки из другого киоска. Девушки, прекратив разговор, обернулись к Тишке и как по команде улыбнулись: "Здравствуйте, чем вам помочь?" Тишка сделал важный вид и неторопясь огляделся.
Киоск оказался самым неинтересным из всех киосков - парфюмерным. Над прилавком высились стеллажи лосьонов, прокладок, зубных щеток, одеколонов и прочей бесполезной ерунды. Все эти шампуни, щетки и мыло покупала обычно мама, они всегда были в доме и Тишка никогда не задумывался откуда это появляется. Девушки выжидающе смотрели на него и неудобно было так сразу развернуться и уйти.
- А есть у вас зубная паста? - спросил Тишка.
- Конечно, подойдите, посмотрите. - девушки как по команде махнули рукой на прилавок.
Тишка подошел. Действительно под стеклом прилавка была коллекция фирменных паст, но ничего знакомого вроде "Жемчуга" Тишка не нашел. Зато увидев цены мысленно присвистнул.
- Почему я не вижу зубного порошка? - спросил Тишка назидательно.
- У нас не бывает. - ответила одна девушка.
- Ну что же вы так плохо... - укоризненно сказал Тишка, притворно покачал головой и взглянул на девушек строго.
Девушки с виноватой улыбкой развели руками. Тишка уже собрался гордо удалиться, но задал последний вопрос:
- А это что?
На прилавке прямо перед девушками стоял большой прозрачный ящик, полный маленьких синих тюбиков. И как Тишка не заметил его раньше?
- Это образцы фито-шампуня "Селина", возьмите! - девушка поспешно махнула на ящик и заговорила наизусть, - Способствует росту волос, предотвращает выпадение, питает клетки волос, не содержит искусственных добавок, производится по старинным рецептам из натуральных экстрактов трав, выращенных на склонах Альп.
- Альп. - довольно повторил Тишка, смакуя чавкающее слово. И сколько же стоит эта гадость?
- Возьмите, это рекламные образцы. Это бесплатно.
В стеклянные окна киоска вдруг глянуло робкое весеннее солнце, лучи заиграли на пакетах и флаконах, а девушки превратились в больших и солидных продавщиц. Нет, несомненно это была удача.
- Бесплатно? - переспросил Тишка и его голос дрогнул.
Вместо ответа продавщица взяла два тюбика и протянула Тишке. Тишка горячо поблагодарил и положил их в карман.
- А можно еще парочку? - спросил он робко.
- Да сколько хотите - ответили тетки-продавщицы.
Тишка потупившись запустил руку в короб и стал тянуть полную пригоршню, стараясь не поднимать взгляда на лица продавщиц. Ему вдруг показалось, что они чуть нахмурились, и он испуганно приотпустил пригоршню - несколько тюбиков высыпалось обратно. Стараясь поворачивать кисть так, чтобы не было видно сколько он взял, Тишка аккуратно донес руку до кармана, разжал и только тогда взглянул на продавщиц. Нет, в их лицах не было суровости, они ободряюще улыбались и Тишка тут же пожалел о нескольких упущенных тюбиках.
- Спасибо вам огромное! Спасибо!
- Не за что, приходите еще.
- Спасибо! А можно, да? Можно? Я приду! Спасибо!
- Всего доброго. - ответили тетки и повернулись друг к другу.
Тишка открыл дверь и вышел на улицу. Тихо звякнул за ухом колокольчик и со всех сторон налетел шум. Кто-то на кого-то орал хриплым голосом, где-то призывали купить газету и узнать правду о президенте, справа из киоска раздавались удары электронного каблука и хриплый бабий голос старательно выводил на одной ноте "он с теперь другой гуля-а-ет". Тишка отошел чуть в сторону, и стал перекладывать синие тюбики из кармана в рюзачок - их оказалось одиннадцать штук.
Затем он глянул на часы и понял, что опаздывает на химию уже на четверть часа. Но прежде чем пуститься галопом по ступенькам вниз в метро, Тишка еще раз обернулся на парфюмерный киоск, хитро улыбнулся и подумал, что надо бы завтра после школы сюда обязательно привести наших.


Леонид Каганов
27 февраля 1998, Москва